Интернет-журнал
о природном земледелии
Телефон в Уфе:+7 (347) 275-04-77

Борис Бублик об огородных грядках Овсинского

Посмотрим на существенные черты системы земледелия Овсинского глазами огородника. Так сказать, «приценимся» к ним.

Иван Евгеньевич засевал зерновое поле полосами: 30-сантиметровая засеянная (гуще обычного) полоса и 60-сантиметровая полоса пара, свободная от растений. В паровой полосе верхние 5 см регулярно рыхлились конным полольником. Этот 5-сантиметровый рыхлый слой далее будем называть одеялом (толщина его была подобрана Иваном Евгеньевичем эмпирически). Одеяло удовлетворяет двум требованиям:

  • проницаемо для воздуха;
  • поддерживает перепад температур ta атмосферного воздуха над одеялом и ti почвы под ним.

Благодаря проницаемости одеяла в почву беспрепятственно проникает воздух. Он тем более влажен (и тяжел), чем выше температура ta. Это — физический закон.

Проникнув под одеяло, воздух встречается с холодной почвой, вследствие чего в ней конденсируется влага. Объем конденсата тем больше, чем больше разность ta — ti . Облегченный воздух поднимается вверх, уступая место новым порциям тяжелого, насыщенного влагой воздуха. Так что воздух непрерывно циркулирует.

По подсчетам Овсинского, за лето в 70-сантиметровом слое почвы под одеялом может осесть около 12 см влаги. Иначе говоря, под 1 квадратным метром одеяла ежедневно остается примерно литр воды.

Посевам Ивана Евгеньевича засуха была не страшна. Он писал:

«Мелкая двухдюймовая вспашка ... есть именно тот таинственный деятель, который снял с измученных плеч земледельца ужасное бремя засухи. Теперь я не только спокойно, но и с некоторым удовольствием встречаю этот ужасный бич земледелия. Растения у нас взойдут и будут расти без дождя, нитрификация и охлаждение газов будут происходить самым энергичным образом. А хорошая погода облегчает нам работу на поле, чему дождь часто становится препятствием».

Обращают на себя внимание эпатажные — с виду — слова: «с некоторым удовольствием встречаю этот ужасный бич земледелия» и «дождь часто становится препятствием работе». Это — о годах на стыке XIX и XX веков, когда в России чередой шли жестокие засухи!

Однако, эти слова следует воспринимать, как говорится, один к одному, буквально. Ибо чем выше температура воздуха ta, тем больше влаги в нем, и тем большими оказываются разность ta — ti и, стало быть, объем конденсата, осевшего в почве. Неудивительно, что Иван Евгеньевич собирал в эти годы со своей чересполосицы по 300 пудов (50 центнеров) пшеницы с гектара.

Кроме того, Иван Евгеньевич глубоко вник в физиологию растений, установил наличие у них самосознания (самодостаточности) и сознательно воспользовался тремя проявлениями этого феномена.

Первое — краевой эффект. Если рядом с растением оказывается свободное, не занятое другими растениями, пространство, растение всеми доступными ему силами стремится захватить это пространство для своего вида. Свекла, например, захватывает пространство тем, что наращивает корнеплоды — тогда на них образуется большее число розеток, и на следующий год из добавленных розеток вырастут дополнительные семенные побеги. Озимая пшеница, обнаружив по соседству незанятое пространство, увеличивает число колосков у растения (в посевах Ивана Евгеньевича число колосков на одном растении достигало 50!).

О втором проявлении феномена самосознания Иван Евгеньевич говорил: «Растение мстит земледельцу за свои невзгоды цветами и плодами». И вновь это эпатажное высказывание следует понимать буквально. В комфортных условиях растение вовсю вегетирует, откладывает заботу о потомстве на потом. Однако, встретившись со слишком высокой или, наоборот, опасно низкой температурой, с засухой или переувлажнением, с теснотой, с нехваткой питания и с другими грозами-невзгодами, спохватывается и все ресурсы направляет на продолжение рода (цветы и плоды). Яркую, знакомую всем огородникам метаморфозу, демонстрируют лебеда, мышей, щирица... Весной им «и море по колено», они жируют, а осенью, едва оторвавшись от земли, уже цветут и обсеменяются.

Третье проявление самосознания растений касается корней: корни растений, ответственные за питание, «сознательно» устремляются к пище для растений, а водные корни — к влаге.

Феноменом самосознания растений мастерски пользуется Владимир Никитич Розум. Рядок свеклы на грядке Розума выглядит просто как сваленная в кучу тачка свеклы. Свекла щегольнула краевым эффектом (её рядок соседствует со рвом с органикой), отомстила Владимиру Никитичу за загущенный посев, а у корней свеклы была возможность прильнуть ко рву с органикой, где в достатке и влага, и пища для растений.

Итак, перечислим существенные черты системы земледелия Овсинского, которыми хотелось бы наградить огородные грядки:

  • сбор «росы Овсинского» под одеялом;
  • краевой эффект;
  • месть растений за невзгоды цветами и плодами;
  • обеспечение корням растений возможности льнуть к пище и влаге.

Прямой перенос «чересполосицы» Овсинского в огород технологически труден. Хотя бы из-за скрывшихся во мгле истории конных полольников и самих коней. Если же вручную поддерживать одеяло постоянно рыхлым, то огороднику станет жизнь не в жизнь. Не то что на небо взглянуть — некогда будет даже пот с ресниц стряхнуть.

Часто решение задачи подсказывает постановка её. Вот и мы поставим задачу иначе. Сузим её. Будем искать технологически приемлемую модель не системы Овсинского в целом, а лишь одеяла, удовлетворяющего названным выше требованиям.

Подсказку дают леса. В них под подстилкой совершается то, что интересует огородника в первую очередь — оседание влаги, творящей, в конечном счете, всю водную инфраструктуру суши.

Итак, заменим паровую полосу слоем органики, но заглубим её, спрячем от выветривания, не докучающего подстилке в лесу. Ширину полосы (дорожки) можно заимствовать у Овсинского — 60 см. Но это — не канон. Ширину полоски можно менять — у нас нет, как у Ивана Евгеньевича, технологической привязки к конному полольнику. Однако, исходя из опыта Розума, её не стоит уменьшать: уменьшается количество оседающей влаги. Но, если «под руку толкает» привязка грядки к сложивашейся структуре плантации, ширину можно увеличить.

Что касается ширины продуктивной полосы (гребня), то её можно было бы выбрать равной ширине сдвоенного гребня Розума. Однако, по наблюдениям Розума, при ширине 60 см заметно затрудняется снабжение растений, растущих по центру полосы. Поэтому уменьшим её — в соответствии с рекомендацией Розума, до 40 см.

Итак, для определенности, примем ширину грядки равной 60 + 40 = 100 см. А в случае, если при привязке грядки к плантации надо будет подправить ширину, то делаем это, увеличивая ширину органической полосы (дорожки) или сужая продуктивный гребень.
Вернемся к органической полосе. Оптимальную толщину органики априорно назвать невозможно. Она определяется консистенцией органики и структурой почвы. К примеру, слой сечки кленовых веток с листьями подобен вате — рыхлый, упругий. Чего не скажешь о сечке тополевых веток. И на структурной почве (не в пример глинистой) воздух проникает в органику легче. Однако, на чем-то надо остановиться, с чего-то начать. Исходя из опыта работы на грядках Розума, можно начать со слоя 15 см.

Строится грядка Овсинского (при выбранных параметрах: ширина дорожки вверху — 60 см, ширина гребня — 40 см, глубина канавы — 15 см) — шаг за шагом — так.

На плантации отмечаются полосы шириной 45 и 55 см. Ориентировать полосы желательно с востока на запад. Затем из широкой полосы вынимается пласт почвы толщиной 5-6 см и равномерно укладывается на узкую полосу. Всё! Земляные работы окончены.

Образовалась канава глубиной ~ 15 см. Склоны канавы, вследствие осыпания грунта, скошены. Ширина её вверху ~ 60 см. Ширина гребня продуктивной грядки ~ 40 см.

Заполняется канава так. Для предохранения от проникновения кротов внутрь органической канавы выстилаем её дно и стенки ветками толщиной 2-3 см. Потом формируем еще одну «чашу» — из сечки веток толщиной 1-2 см. Теперь заполняем канаву смесью всякой органики с умеренным количеством земли и ЭМ-силоса (приманок для червей).

Особую роль в смеси органики, заполняющей канаву, играют веточная сечка и щепа. Они приносят в канаву элементы RCW-технологии, а также сахара и аминокислоты — начало микробных пищевых цепочек. Придают упругость, можно сказать, недеформируемость канаве и делают, практически, безвредной ходьбу по ней. Способствуют размножению арбускулярно-микоризных грибов. Впитывают избыточную влагу, а потом — по мере необходимости — отдают её. Поддерживают рыхлость укладки и позволяют не бояться «излишка» органики. В компании с прочей органикой, в том числе, с ЭМ-силосом, позволяют биоте готовить полноценное, разнообразное питание для растений.

Наконец, присутствие веток и щепы в составе смеси роднит её с лесной подстилкой, напичканной ветками, стало быть, не может быть во вред. И еще. Ветки и щепа, естественно, пополняют органику «импортом» и смягчают проблему выноса.

Заполняется продуктивная полоса меланжем — тесной компанией совместимых растений.

Как можно оценить грядку Овсинского? Самое важное, архиважное — под органической полосой конденсируется влага. И биоте (бактериям, АМ-грибам, червям) в полосе создаются идеальные условия: здесь сытно, влажно, темно, прохладно (полосу прикрывают от солнечных лучей растения, растущие на продуктивной полосе). Растения на грядке имеют возможность блеснуть краевым эффектом: по обоим бокам грядки — не занятые полосы. Загущенная посадка на грядке дает растениям повод «мстить» огороднику от души. Корни растений имеют возможность льнуть к пище и влаге.

Если под рукой оказывается достаточное количество толстых веток, то на дне канавы можно выкопать желоб глубиной на штык лопаты для «кладовой Хольцера» и уложить в него эти ветки. В желоб будут стекать углекислый газ и избыточная вода. В этом случае толщину слоя земли, вынимаемой из широкой полосы, нужно уменьшить на 3 см, чтобы глубина канавы осталась равной ~ 15 см. Вынимаемый слой будет иметь толщину всего 2-3 см. Сделать такую работу проще всего мотыгой (или тяпкой) и подборной лопатой.

В течение 2-3 лет эксплуатации ветки, защищающие червей от кротов, разложатся. В этом случае можно просто поменять полосы местами. Не успевшую разложиться органику можно сгрести и использовать в смеси, наполняющей новую канаву для органики, а образовавшийся биогумус будет изумительным «подушкой» для земли, перебрасываемой на новую продуктивную полосу со старой полосы. А со второй ротации в новых полосах всегда будет диво-земля.

Нужно заметить, что грядки Овсинского концептуально сродни узким грядкам Олега Александровича Телепова (Омск), укладывающего прибывающую органику прямо на дорожки. Этот слой утолщается и за счет подсеваемых на дорожку сидератов, и за счет нарастивших приличную массу сорняков(!). Олег Александрович сознательно позволяет сорнякам поработать насосами, качающими питательные вещества из подземелья, а затем подрезает их острым, как бритва, плоскорезом.

Метод Телепова исключительно эффективен в достаточно увлажненных и умеренно теплых (или даже — прохладных регионах). А на засушливой и жаркой Слобожанщине органике, лежащей на дорожке, угрожало бы выветривание, если не сдувание. Уже много лет у нас, практически, не бывает ласковой весны. Не успевает сойти снег, а нас уже обдувает суховей, пришедший из астраханских степей. И так — неделями. Так что мы из зимы сразу окунаемся в июньское пекло. Что уж говорить о самих астраханских степях! Или о Причерноморье! Вот в таких регионах упрятывание органики в грядках Овсинского, выравнивание плантации и обязательное мульчирование — реальная помощь растениям.

«Не фанатейте!» — неустанно повторяет Николай Иванович Курдюмов. Не будьте жестокими! Не подгоняйте, подобно Прокрусту, ни себя, ни огород под приглянувшийся способ. Выбирайте способ для себя, для своего возраста, своих условий, своего огорода.

А выбирать есть из чего: мульчирование, канадская технология, грядки Курдюмова, Телепова, Розума, Овсинского... Безоглядные же «Даёшь!» и «Долой!» в огороде неуместны.

Борис Андреевич Бублик